«Спорт-900»: Московский эксперимент на украинских агрегатах

Мало кто знает о существовании действительно уникального автомобиля, который одновременно стал вехой в истории как советского, так и украинского автомобилестроения. Его называют и «советским Porsche» за элегантный дизайн, и «московской самоделкой на агрегатах “Запорожца”» из-за использования компонентов от популярной советской малометражки. На архивных фото — низкий, клиновидный кузов и загадочная табличка с буквами «КД». Эта машина — свидетельство того, как энтузиазм небольшой группы энтузиастов мог вылиться в нечто выдающееся, несмотря на официальные рамки.

История создания: от мечты до реальности

В начале 1960-х годов в Научно-исследовательском автомобильном и автомоторном институте (НАМИ) в Москве собралась группа амбициозных сотрудников, которые мечтали о автомобиле, выходящем за пределы стандартных малометражек. Это были художник-конструктор Эдуард Молчанов, Феликс Хайдуков, инженеры Игорь и Лев (в некоторых источниках — Леонид) Дурновы, художник Владимир Ельтышев и химик Анатолий Сивороткин. Их инициативу активно поддержал Кузьма Данилович Дурнов, который в то время руководил Московским заводом автомобильных кузовов (МЗАК) с 1957 по 1965 год. Именно его инициалы, по самой распространенной версии, и дали машине второе имя — «КД». Хотя точные причины появления этой аббревиатуры до сих пор остаются предметом дискуссий.

Этот проект был неофициальным, инициативным, а не государственным исследовательским образцом от Запорожского автомобильного завода (ЗАЗ). Участники проекта имели доступ к производственным мощностям МЗАК и, что самое важное, к агрегатам серийного «Запорожца». Первые образцы были собраны в 1963 году, а работа над проектом продолжалась примерно до 1969 года. Обычно упоминают о шести построенных автомобилях, хотя некоторые источники предполагают, что их могло быть пять или шесть.

Стоит упомянуть контекст того времени: в Европе уже успешно продавались такие спортивные купе, как Karmann Ghia, Renault Floride/Caravelle и Fiat 850 Coupe. В Советском Союзе же серийных спортивных автомобилей такого класса просто не существовало. «Спорт-900» стал одной из самых профессиональных и оригинальных попыток заполнить эту нишу, реализованной не промышленностью, а группой талантливых людей.

От «Запорожца» до уникального купе

«Спорт-900» действительно имел много общего с серийным ЗАЗ-965 и ЗАЗ-965А. Использовались основные элементы ходовой части: заднемоторная компоновка, четырехцилиндровый V-образный двигатель воздушного охлаждения от Мелитопольского моторного завода (чаще всего указывается мощность 27 л.с., хотя есть упоминания о 30 л.с.), четырехступенчатая механическая коробка передач и элементы подвески.

Однако кузов и рама были разработаны и изготовлены полностью с нуля. Несущая система состояла из трубчатой рамы, дополненной пространственным каркасом, на который монтировались стеклопластиковые панели. Такая конструкция позволила достичь впечатляющей для того времени снаряженной массы около 500 кг, что почти на 160 кг меньше, чем у серийного «Запорожца». Салон автомобиля получил характерную наклонную центральную консоль, а безопасность пассажиров обеспечивалась интегрированными в крышу трубчатыми дугами. Таким образом, «запорожским» в этой машине можно считать силовую установку и элементы подвески. Все остальное — кузов, рама, дизайн и сама концепция — являются результатом московских инженеров и дизайнеров.

Спорные факты и неопределенная судьба

История «Спорт-900» изобилует мелкими разногласиями в деталях, которые, однако, не умаляют его уникальности.

• Атрибуция: Чаще всего проект называют московским, инициативным. Однако отдельные современные публикации ошибочно приписывают его инженерам ЗАЗ, что и породило миф о «запорожском спорткаре».
• Планы на серийное производство: Некоторые источники, ссылаясь на свидетельства участников и исторические публикации, утверждают, что создатели надеялись на запуск серийного производства. Отказ от него объясняют политическими причинами. Другие же подчеркивают, что это был исключительно частный проект, хоть и с поддержкой государственных предприятий. Прямых документальных подтверждений намерений по серийному выпуску на ЗАЗе до сих пор нет.
• Количество и судьба автомобилей: Считается, что было изготовлено шесть машин. Однако существуют разные версии относительно их дальнейшей судьбы. Одни источники утверждают, что все они достались участникам проекта, и их местонахождение в настоящее время неизвестно. Другие же упоминают об одном-двух сохранившихся экземплярах в частных коллекциях и процессах реставрации. Полностью восстановленных и доступных широкой публике машин почти нет, что добавляет этому проекту загадочности.
• Технические характеристики: Что касается мощности двигателя (27 или 30 л.с.) и компоновки салона (2+2 или двухместное купе), также существуют разногласия.

Наиболее ценными для понимания истории «Спорт-900» остаются публикации, которые были созданы ближе к времени событий, а также материалы, которые сравнивают фотографии различных образцов.

Почему проект не пошел в массы

Причины, по которым «Спорт-900» не стал серийным, остаются предметом предположений. Официальных документов, подтверждающих намерения серийного производства на ЗАЗе, нет. С одной стороны, возможно, создатели действительно надеялись на конвейер. С другой стороны, в 1960-е годы Запорожский автомобильный завод был занят наращиванием производства и модернизацией существующих моделей. Мелкосерийное производство автомобилей со стеклопластиковым кузовом, вероятно, выглядело экономически сложным и нецелесообразным. Так или иначе, «Спорт-900» остался в истории как исключительно удачный, хоть и частный, проект высокого профессионального уровня.

Наследие: от прошлого к современности

«Спорт-900» навсегда вошел в историю советского автодизайна как яркий пример того, что можно было создать на базе серийных агрегатов, когда профессиональным художникам-конструкторам предоставляли свободу творчества. Сам Эдуард Молчанов в своей книге «Автомобиль и дизайн» сравнивал собственную работу с Porsche 911, что свидетельствует о амбициозности и качестве проекта. Эта машина — уникальное сочетание инженерной мысли, дизайнерского таланта и отчаянного энтузиазма, что позволило создать нечто действительно особенное на фоне стандартной советской автомобильной промышленности.